August 24th, 2014

Служанки

Я кажется ни на один спектакль не видел столько ужасных рецензий. ”The mess” (бардак) это еще самое доброе, что про него писали. Я был напуган. Я купил эти билеты три месяца назад. Даже не буду говорить, сколько они стоили. Все ради Бланшет и Юппер. Две актрисы, про которых можно смело сказать: великие. Сегодня, я думаю, только про них двоих и можно такое сказать. При этом я не люблю «Служанок». На мой вкус эта тяжелая и пафосная сексуальная фантазия, тягомотная и неостроумная.

Я видел в своей жизни несколько «Служанок». Самая адекватная из постановок разыгрывалась в декорациях тюремной камеры. Клэр и Соланж были заключенными уголовниками, Мадам - надсмотрщиком. Всех играли мужики, как и прописано у Жене. В камере, были какие-то сдм приспособления, разумеется. Основное действие разворачивалось вокруг параши. Где-то к середине спектакля актеры сбросили с себя остатки тюремной одежды, взобрались на эту парашу и стали изображать половой акт. Зал был маленький, мест на 15, я сидел вплотную к параше, и их мужеские признаки болтались в полуметре от моего лица. При этом ребята обильно потели, плевались и визжали как резаные свиньи. Спектакль мне в целом понравился.

У входа в City Center стояла толпа. Толпа перла в узкие двери и никак не могла втиснуться. Толпа шумела по-русски, ибо наполовину состояла из русских эмигрантов средне-пожилого возраста. Дело в том, что благодаря Виктюку, который регулярно приезжал сюда со своей перестроечной белибердой, русская эмиграция апроприировала «Служанок». Превратила их в русскую-народную кафку. Я с грустью подумал, что большая часть этих прекрасных людей видела еще Райкина – фиса в роли Соланж. Как, впрочем, и я видел. И вся моя длинная незадачливая жизнь пронеслась перед моим мыслимым взором. Короче, я совсем расстроился.

И я был готов ко всему. К чему я не был готов, так это к внятному и очень чистому социальному высказыванию. Собственно, в наше время социальное высказывание может сработать только если оно сделано неожиданно. Истина настигает тебя в тот момент, когда ты сидишь и ждешь какого-нибудь очередного пыльного экзистенциализма. Или думаешь, что сейчас тебе перед носом подвесят чьи-то яйца.

Сцена, как и положено, представляла из себя обширную спальню, заваленную женскими шмотками, уставленную мебелью и усыпанную цветами. Цветы были по-моему искусственными, но тут я не разобрался. Задняя стена сцены была чем-то вроде входа в платяной шкаф набитый платьями. Walk in closet это кажется называется. Еще там имелась открытая дверь в сортир (толчок и кафель прилагались). Две боковые стены сцены были фальшивыми, стеклянными. За одной из них не таясь стоял человек с камерой. Над сценой висел большой экран, который показывал то, что этот человек снимал. Я такую конфигурацию видел уже миллион раз, и никакого энтузиазма она у меня не вызывала.

«Служанки» начинаются с того, что младшая сестра-служанка Клэр изображает хозяйку (Мадам), а старшая Соланж изображает Клэр. И это собственно, то что Бланшет и делала. Она была Клэр, изображающую Мадам, не на секунду при этом не забывая, что она та самая Кэт Бланшет, которая рекламирует духи «Джорджио Армани» на первой странице программки к спектаклю. Это было виртуозное исполнение, но само по себе оно не имело бы особого смысла.

Но закавыка была в той Бланшет, которая на экране. Оператор за стеклянной стеной снимал происходящее в реальном времени. Съемка проецировалась на экран. Но, казалось, что там совсем другая женщина. Старая, потрепанная, с мешками под глазами и спитым лицом. На сцене гламурная Бланшет играла гламурную хозяйку, а на экране была служанка по имени Клэр.
Еще интереснее было то, что делала Юппер. В этом раскладе она была не Соланж, не Клэр и вообще не Юппер. Она была, ну как бы это определить… Она была славянской уборщицей, тупой, злобной, расчетливой, и равной самой себе. Бессмысленной и беспощадной. Не больше и не меньше.

Собственно, Юппер в этом спектакле стала главным предметом наезда критиков За ее ужасный английский, за чудовищный акцент, который невозможно разобрать, за то что не понимает текста, и поэтому не может его сыграть. Ну, текст «Служанок», я уверен, Юппер прекрасно понимала. И акцент был вовсе не ее. Достаточно послушать любое ее интервью. Ее собственный, не сыгранный акцент звучит совершенно иначе.

Когда на сцене сталкиваются две актрисы такого масштаба, как Бланшет и Юппер, ожидаешь, что спектакль выродится в своего рода дуэль: кто кого переиграет. Но Юппер сознательно, или такова была идея режиссера, сразу и безоговорочно отдала игру Бланшет. Можно сказать, что Бланшет в этой паре была исполнителем, а Юппер хором. Кажется, Бродский сказал, что в трагедии гибнет не герой, а хор. В этой трагедии хор убивал.

Окончательную ясность во всю эту конструкцию внесло явление Элизабет Дебики в роли Мадам. Если взять случайный гламурный журнал с блондинкой на обложке, вырезать блондинку, растянуть ее примерно в полтора человеческих роста (совсем не маленькая Бланшет едва доставала ей до подмышки) и заставить ходить по сцене, то получится Элизабет Дебики.
Как известно, Жене рекомендовал, чтобы все роли в «Служанках» исполнялись мужчинами. Считается, для того, чтобы подчеркнуть колоссальное расстояние, которое отделяет персонажей от их представления о самих себе. Я с этим не согласен. Думаю, что ему просто нравилось наряжать мужиков в красивые женские тряпки.

Но если уж говорить об этом расстоянии: сразу бросалось в глаза, что внешне двадцатичетырехлетняя Дебики немного напоминала Бланшет в молодости. Возможно она даже отчасти имитировала Бланшет. Но всю первую половину спектакля, Бланшет, которая в два раза старше, играла Клэр, которая в свою очередь исполняла ту же роль: роль Мадам. И вся невозможность , невместимость, непроходимость этого растояния и была главной темой спектакля.

Есть две нищие, жалкие стареющие сестры, у которых ничего и никого никогда не будет. Даже молочник и садовник, грубые вещественные предметы их сексуальных фантазий, им никогда не достанется. Сестры обречены постоянно быть друг с другом. Тетки живут на чердаке на двух металлических кроватях, прижатых друг к другу. Все свое время они заняты обслуживанием Хозяйки, роскошного гламурного животного. Тетки охренели от зависти и гламура. Когда они оказываются одни в хозяйкиной спальне, они играют в Хозяйку и Служанку.
Но любимая их фантазия – это фантазия об убийстве Хозяйки. Они даже близко подходят к реализации этой фантазии. Но на самом деле у них нет шансов. Хозяйка из другой реальности. Она для них недосягаема. Они не могут причинить ее вреда. Это как во сне: ты бьешь обидчика кулаком, режешь его ножом, стреляешь в него из пистолета, а он как будто даже тебя не замечает.
Но они могут разыграть спектакль. Спектакль, в котором Хозяйка будет убита. Только убита будет не сама Хозяйка. Хозяйку сыграет одна из сестер. И будет убита другой сестрой. И это все, на что они способны. Сестры-служанки заиграются в игру «Хозяйка и Служанка» и старшая сестра убьет младшую.

«Россия, Украина, Запад» - думал я. «Запад, Россия, Украина»…